Всем пропавшим без вести,
погибшим в плену,
пережившим плен -
посвящается.

Глава 6.

Евреи в армиях западных стран (1939-1945 гг.)

Евреи всего мира принимали самое активное участие во Второй мировой войне. Более 1,4 млн. евреев – солдат и офицеров в годы войны сражались с нацистской Германией в составе стран антигитлеровской коалиции.
Польша. Польские евреи первыми включились в борьбу с фашизмом в составе Польской армии. Из 3,5 млн. евреев Польши – 10% ее населения,  150 тысяч  (19%) было  призвано в армию[1].
Несмотря на дискриминацию евреев: они не имели права учиться в офицерских училищах, служить в авиации, военно-морском флоте и бронетанковых частях, – некоторые  евреи имели младшие офицерские звания. Только врачи и военные раввины могли дослужиться до звания полковника. В Польской армии был единственный генерал-еврей – Бернард Мунд. В результате мобилизации 74% евреев служили в пехоте,14%  – в артиллерии и небольшой процент – в кавалерии [2].
В  боях погибло около 30 тыс. евреев, а примерно 60 тыс. попало в плен[3]. По сведениям израильского историка Ш. Краковского, в плену оказалось от 34 до 64 тыс. солдат-евреев польской армии[4].
Вначале военнопленные-евреи содержались вместе с другими военнопленными в немецких транзитных лагерях на территории Польши в Радоме, Седлице, Кутно, Жирардове и др.
Позднее, в соответствии с приказами о содержании военнопленных, от 16 февраля 1939 г. командующего ОКВ Кейтеля, евреи были отделены от других военнопленных и направлены в Германию [5]  в следующие Шталаги:
 I-A (Стаблак) – Восточная Пруссия;  I-B  (Хохенштайн) – Восточная Пруссия; II-A (Нойбранденбург) –  Померания; II-B (Хаммерштайн) – Померания; II- D (Штаргард) – Померания; III-A (Лукенвальд) –район Берлина; VI-A (Хамер) – Вестфалия; VI-C (Ратхорн) – Вестфалия; VI-D (Дортмунд) – Вестфалия; VII-A (Моосбург)  – Бавария;  VIII-B (Ламсдорф) – Силезия; XI-A (Алтенграбов) –район Ганновера;  XII-A (Лимбург) – район Висбадена; XII- B (Франкенталь) – район Висбадена;  XIII- D (Нюрнберг);  XVII- A (Кайзерштейнбрух) – район Вены; XVII- B (Пярну-Велс) – район Вены;  XVII- C (Маркт Понгау) –  район Вены[6] .
Впервые разделение военнопленных по национальному признаку началось в ноябре-декабре 1939 г. Поляки, украинцы, белорусы, литовцы, евреи – все размещались отдельно.
Это не было изобретением немцев, о чем почему-то забывают исследователи. Разделение по национальности полностью соответствовало Женевским Конвенциям, одной из целей которых – обезопасить военнопленных разных национальностей и религиозных воззрений от межнациональных  и религиозных конфликтов. Во избежание обострения давних национальных исторических противоречий содержались  отдельно поляки, украинцы и белорусы.
Когда появились военнопленные стран антигитлеровской коалиции: французы, англичане, бельгийцы, голландцы, югославы, американцы и т.д.  – их тоже размещали в отдельных бараках.
 Казалось, что отделение евреев должно было спасти их от антисемитского окружения, но нацисты сами поощряли антисемитизм среди остальных военнопленных. Однако, если бы за отделением евреев не следовало их уничтожение, то надо признать, что эта мера носила бы защитный характер.
 Кроме разделения по национальности, все военнопленные были помечены специальными метками краской: полоской вдоль спины и двумя полосками на брюках. Пленные-евреи были отмечены  «красными перекрестными полосами на плечах и желтыми на брюках»[7].
В большинстве лагерей военнопленные-евреи, как и другие военнопленные Польской армии, провели зиму 1939/40 г.   в  неотапливаемых армейских палатках, не защищавших  ни от дождя, ни от зимних холодов. В каждой палатке размещалось до сотни человек, которые спали на мокрой земле.
Несколько лучше были условия в лагере Ламсдорф, где около 5000 военнопленных-евреев жили в деревянных бараках по 700–800 человек, хотя спать им  также приходилось на земляном полу[8].
Однако  с первых дней пребывания в лагере было очевидно, что  участь солдат-евреев намного хуже, чем солдат других национальностей.
 Рацион, санитарные условия, отношение к военнопленным-евреям – все это напоминало положение узников немецких концентрационных лагерей, что противоречило Женевским соглашениям о военнопленных.
В отличие от военнопленных разных национальностей Польской армии, военнопленных-евреев не посылали на работу в  крестьянские хозяйства, где условия работы, проживания и питание были намного лучше. Военнопленных-евреев  определяли на самую грязную работу: на чистку уборных, мытье полов в помещениях гитлеровцев[9]. Их в первую очередь использовали на самых тяжелых работах: строительстве железных дорог, погрузке. Причем, рабочий день длился не  менее  12 часов[10].
Военнопленные-евреи больше других страдали от голода. При раздаче пищи они были последними[11]. Их рацион  составлял примерно половину  рациона других польских военнопленных. Если те получали 350 г хлеба в день,  то военнопленный-еврей только 150; так было в Ратхорне, Хамере и других лагерях[12].
Военнопленные-евреи подвергались постоянным жестоким издевательствам со стороны  администрации и охраны лагеря.  Так, избиению подверглись военнопленные-евреи лагеря Алтенграбов, работавшие на сахарной фабрике, лагеря в Штаргарде и других. В Стаблаке  в результате избиения и  издевательств со стороны охраны и мастера-немца, руководившего строительными работами, за нескольких дней умерло около 15 человек[13].
Но, кроме издевательств со стороны немцев, евреи  столкнулись с еще более обидными для себя издевательствами, оскорблениями  и предательством со стороны своих вчерашних «товарищей» по оружию, служивших в Польской армии. Многие пленные перестали разговаривать с евреями. Подобное отношение провоцировалось и поощрялось немецким руководством лагерей. Так как некоторые евреи скрывали свое происхождение,  в лагере возникла система доносчиков: «За ломоть хлеба с колбасой или две папиросы нетрудно было купить подонка, способного на все. За выдачу еврея можно было получить обувь, рубашку, иногда даже мундир»[14].
 Когда обмундирование пленных стало приходить в негодность, немцы нашли решение проблемы опять за счет евреев. Так, например, в октябре 1939 г. немецкий комендант лагеря Новый Бранденбург разрешил «арийским» пленным отбирать у евреев любые приглянувшиеся  им вещи: одежду, обувь[15]. О том, что подобные случаи были характерны для всех лагерей, подтверждает и С. Штраусс-Марко: евреев «переодели  в самые истрепанные мундиры, отобрали у них деньги, кольца, часы. Случалось, что забирали даже брючные пояса. “Обойдешься и без этого, все равно будешь расстрелян”, –  говорили  бывшие товарищи по оружию, стаскивая с них одежду»[16].
Единственное, в чем военнопленные-евреи были равны с другими военнопленными Польской армии, – в возможности переписываться с родными. Как свидетельствуют родственники бывших военнопленных, с 1939 по 1943 г. они получали письма из лагерей, причем порой даже находясь в гетто. Так, например, семьи получали письма от военнопленных Эрша Лейба[17] и Экер Менделя[18]. 
В декабре 1939 г. – начале 1940 г. большинство военнопленных-евреев, живших на оккупированной территории Польши западнее Буга, начали отпускать по домам[19].
В результате, они теряли статус военнопленных  и, как гражданские лица, попадали в гетто, уже организованные немцами в Польше. Такое  решение вопроса даже формально избавляло немцев от ответственности за судьбы бывших военнопленных, лишенных защиты Женевской конвенции. Все они, отпущенные домой, в скором времени разделили судьбу 3 млн. польских евреев, уничтоженных немцами.
Статус военнопленных, правда,  тоже не особенно мешал немцам расправляться с евреями, находившимися в лагерях для военнопленных.
Первые убийства польских военнопленных-евреев начались еще в транзитных лагерях. Так, в Замброве было расстреляно 250 человек[20].
Большинство польских военнопленных-евреев, отправленных в шталаги  на территории Германии, погибло в результате голода, болезней, издевательств или было расстреляно. В Шталаге ХII-A  в течение 10 месяцев из 400 военнопленных-евреев 330 были замучены или убиты охраной[21]... К весне 1940 г. в  шталагах  погибло около 25 тыс. польских воен-нопленных-евреев[22].
В декабре 1939 г.  часть военнопленных-евреев, около 7000 человек из Восточной Польши, чья территория отошла к СССР, отправили  из шталагов Германии в район Люблина. Все они были переданы из рук военных властей – Вермахта в руки СС, в результате чего утратили статус военнопленных. Условия транспортировки были таковы, чтобы в пути погибло как можно больше людей. Перевозка осуществлялась в  открытых вагонах  без еды и питья: многие умерли от холода и голода. Первые транспорты прибыли в декабре 1939 г. из Шталага II-В (Хаммерштайн). Всех военнопленных-евреев отправили пешком на работу на аэродром неподалеку от Бяла-Подляска. Во время стотридцатикилометрового перехода от Люблина до Бяла Подляска многие из них были убиты[23]..
В декабре 1939 г. эсэсовцы убили 100 военнопленных-евреев около Влодавы. В январе 1940 г. – 400  – возле Парчева у деревни Любартов[24].
Через год, 20 февраля 1941 г. гитлеровцы там же, под Парчевым, убили еще более 350 военнопленных-евреев[25]. В поселке Палончница Тарловской волости были расстреляны около 250 военнопленных-евреев. Трупы их закопали в общей могиле среди кустарника в местности, именуемой Волчьи Горы[26]... 7 января 1940 г. 1200 военнопленных-евреев из Шталага I-В (Хохенштайн) в сопровождении эсэсовцев прибыли в леса Собибор. Большинство из них 13 января было расстреляно[27]. Через два года в Собиборе немцы создадут лагерь смерти, в котором будет уничтожено 250  тыс. евреев. В начале февраля 1940 г. вновь, во время марша в лагерь Бяла-Подляска, убито 459 бывших военнопленных-евреев и 14 февраля 1940 г.  627[28].
22 июня 1940 г. в лагере Стаблак, неподалеку от Прейсиш-Эйлау, находилось около 20 тыс. пленных. Почти все обнаруженные евреи, более 100 человек, были расстреляны. В живых остались чудом уцелевшие, не выявленные немцами, 4 еврея[29].
 Уже с самого начала войны немецкая экономика стала испытывать потребность в дополнительной рабочей силе. Западных военнопленных, учитывая Женевские соглашения, особенно на первом этапе войны, Германия не решалась широко использовать. Однако евреев, лишенных статуса военнопленных, можно было использовать на военных объектах, не вступая в противоречие с международными нормами.
В декабре 1939 г. в Люблине на улице Липовой № 7 немцы создали трудовой лагерь, куда стали направлять военнопленных-евреев из шталагов. Около 700 военнопленных прибыли в лагерь в декабре 1940 г. для  работы на объектах военной промышленности, расположенных в окрестностях Люблина [30].  Всего, по сведениям юденрата Люблинского гетто, который оказывал помощь евреям, находившимся в лагере на Липовой, в период февраль-май 1940 г. в лагерь прибыло  3224 евреев, лишенных статуса военнопленных[31].
В течение 1940 г. транспорты с бывшими военнопленными-евреями продолжали прибывать в лагерь из шталагов Германии. Крупнейший транспорт – 2500 человек  – прибыл в лагерь 23 января 1941 г.  Вероятно, о судьбе именно этого транспорта рассказал на Нюренбергском процессе свидетель Резник: «В январе 1941 г. нас – около 4 тыс. военнопленных-евреев  погрузили в вагоны и отправили на Восток… Нас привезли в Люблин, здесь выгрузили из эшелонов и сдали эсэсовцам.
Примерно в сентябре или октябре 1942 г. в лагере на Липовой  улице № 7 было решено оставить только людей, имеющих фабрично-заводскую квалификацию и нужных в городе, а все остальные, и я в том числе, были отправлены в лагерь Майданек. О том, что направление в Майданек означает смерть, мы все уже хорошо знали»[32].
В течение 1942 г. из Липовского лагеря в Майданек поступило несколько групп бывших военнопленных-евреев. В октябре 1943 г. еще 2500 заключенных Липовского лагеря  были отправлены в Майданек и другие лагеря Люблинского района. Остальные продолжали работать на объектах военной промышленности.
Евреев, бывших военнопленных, использовали  не только в Люблине, но и на строительстве военных объектов неподалеку от Белжеца. В 1941 г. в Белжеце 2500 евреев погибли от непосильной работы и условий лагерной жизни[33]. 17 марта 1942 г. в Белжеце был создан лагерь смерти, в котором  уничтожили около 300 тыс. евреев.
В январе 1941 г. около 1000 заключенных из различных шталагов были направлены в  «Judenlager»-«Юденлагерь» в Бяла-Подляска. Узники работали на сооружении военных объектов Германии, готовящейся к нападению на СССР. Большинство из прибывших умерло от тифа, голода и издевательств. Оставшиеся в живых были переправлены в мае 1941 г. в трудовой лагерь в Конска Вола, а затем в Бенджин, где работали на авиазаводе фирмы «Хейнкель»[34].
В начале ноября 1943 г. всех бывших военнопленных-евреев  из лагеря на Липовой и других лагерей, расположенных неподалеку от Люблина, отправили в Майданек.
8 ноября 1943 г. в  Майданеке произошел массовый расстрел  18 500 евреев. В их числе – по разным сведениям от 500[35] до 2500[36] человек – военнопленных-евреев. Это были последние оставшиеся к этому времени в лагерях польские евреи-военнопленные..
Судьба военнопленных евреев-офицеров оказалась более счастливой. Около 18 тыс. польских офицеров было захвачено немцами  в плен среди них около 700–900 офицеров-евреев[37]. Вначале они содержались вместе с польскими офицерами, но в течение 1940 г. офицеров-евреев отделили и  отправили в Офлаги  – II-C (Вольденберг), VI-E (Дорстен),  VI-B (Доссель) и др.[38]  Убийство офицеров-евреев не было характерным явлением. Однако известно, что 200  польских офицеров-евреев были убиты в Офлаге VI-В (Доссель) [39]. Несмотря на жестокий режим, на неприязнь собратьев по оружию, к 8 мая 1945 г.  остались в живых 166 польских офицеров-евреев: в офлаге VI-E (Дорстен) – 93, в офлаге  VI-B  (Доссель) – 44, в офлаге  IX-C  (Молсдорф)  – 8,   X-C  (Бад Швартан) – 5,  VI-E Луфт – 4, XI-B  (Фаллингбостель)  –12 человек[40].
Известно несколько побегов, совершенных польскими военнопленными-евреями из лагерей. Так, в апреле 1942 г. 17 человек во главе с Ро-маном Фишером бежали из лагеря в  Пулавские леса., 28 октября 1942 г. – другая группа во главе с Шмуэлем Грубером и Кагановичем. 11 ноября 1942 г. 22 человека во главе со Стефаном Финкелем бежали с оружием, захваченным у охранников. Летом 1943  г. бежала в леса вооруженная группа во главе с Самуэлем Ягером.  2 октября 1943 г. несколько военнопленных бежали в Парчевские леса, где они вступили в еврейский партизанский отряд под руководством Ихиеля Гриншпана.
Примерно 400 бывших военнопленных-евреев бежали из лагеря на Липовой. Большинство из них были схвачены и расстреляны немцами. Около 100 включились в партизанскую борьбу, до конца войны дожили 20 человек.
 Всего из 60 тыс. военнопленных-евреев дожили до победы 500 человек [41], т.е. 0,83% всех попавших в 1939 г... в плен военнослужащих-евреев Польской армии.

Судьбы польских военнослужащих-евреев, оказавшихся в плену в СССР

20 тыс. польских солдат-евреев были взяты в плен Красной Армией в результате вторжения СССР в Польшу 17 сентября 1939 г.
Многие военнопленные-евреи, попавшие в плен Красной Армии, вернулись домой до конца 1939 г.[42]
Пленные офицеры-евреи были направлены в лагеря Козельск, Старобельск, Осташково и другие,  разделив судьбу польских офицеров, расстрелянных в этих лагерях и в печально известной Катыни близ Смоленска. Всего в апреле-мае 1940 г.  в Советском Союзе было расстреляно 456 польских офицеров-евреев:
В Катыни – 224
В Старобельске – 185
В Осташково – 18 
На Украине – 29 [43].
Однако этим не исчерпывается число жертв. На сегодняшний день установлены имена около 700 польских военнопленных-евреев, ставших жертвами сталинской антипольской политики. Ниже в таблице приводятся неполные данные о польских военнопленных-евреях, находившихся в Козельском лагере. Среди убитых был и Главный военный раввин Польши майор Барух Штайнберг.
Среди высших по воинскому званию убитых евреев были награжденные орденом «За мужество, проявленное в бою» полковник Флештин и писатель и журналист Мечислав Биренбаум [44].

Офицеры-евреи, расстрелянные  НКВД в  лагере г. Козельск

Профессия
Под-поручик
Поручик
Капитан
Майор
Полковник
Неизв
Всего
Фармацевт 2 2    
3
7
Дантист 2 2    
4
Инженер 2 2 1  
3
8
Юрист 3 2 1  
3
9
Врач 40 22 12 1
1
10
86
Неизвестно 65 32 15 1
38
151
В с е г о 114 60 29 2
1
57
262
 
Убийство польских военнопленных-евреев не носило характера национального геноцида, а преследовало политические цели. Сталин, как нацисты, истреблял польскую интеллектуальную элиту, способную возглавить сопротивление и способствовать возрождению польского государства.
 Таким образом,  и Сталин  внес свой вклад в уничтожение  польских военнопленных-евреев. Что же касается непосредственно польских офицеров, погибших в СССР,  необходимо отметить, что число погибших в СССР во много раз превышает число погибших в немецком плену.
После нападения Германии на Советский Союз  в СССР из числа польских военнопленных началось формирование Польской армии во главе с генералом Андерсом.
В составе Польской армии генерала Андерса, созданной на территории СССР в 1941–1942 гг., к моменту ее перевода из СССР в Иран, из 75 400 солдат, по разным данным, было от 600 до 1000 евреев[45].
После ухода армии Андерса в 1943 г. в СССР началось формирование 1-й Польской пехотной дивизии им. Костюшко, которая была развернута в корпус, а затем в 1-ю Польскую армию.
 Из общего числа 400 000 солдат, в том числе 38 490 офицеров,  в 1-й Польской армии евреев было более 20 000, включая 3 200 офицеров[46].
 Один из этих офицеров – Виктор Гроз  в годы войны стал генералом [47].
За мужество и героизм, проявленные в первых боях, которые дивизия вела в октябре 1943 г. у села Ленино Могилевской области в Белоруссии, польский еврей – заместитель командира  1-го стрелкового полка  – Юлиус Хюбнер был удостоен звания Героя Советского Союза[48]. После войны Юлиус Хюбнер стал генералом Войска Польского.
После поражения Польши польские евреи продолжали сражаться с фашизмом в составе армий стран, ведших войну с Германией. Так в составе польской армии, сражавшейся во Франции в 1940 г., из 72 тыс. 14 тыс. были евреи [49].
При капитуляции Франции в июне 1940 г. в плену оказались и евреи - польские граждане, добровольно вступившие во французскую армию. Маршал Петен, глава коллаборационистского правительства, сделал заявление о том, что на всех солдат-евреев французской армии распространяется статус солдат  – граждан Франции, оказавшихся в плену. Немецкому военному командованию  пришлось согласиться с этим. Так, попавший в плен на линии Мажино Спектор вплоть до июня 1941 г. переписывался с родными и получал от них посылки. Всю войну он провел в лагере, а после войны выехал в Израиль[50]. Однако многие из попавших в плен евреев, неграждан Франции, все-таки были переданы  Петеновским руководством  немцам и погибли в лагерях на территории Польши. Других отправили в концентрационные лагеря  в Северной Африке[51].
Великобритания. Официальных данных о количестве евреев, сражавшихся в составе английских войск, нет. Однако, по сведениям военного раввината, в армии служило 62 тыс. евреев (мужчин и женщин), что составляло около 21% всего еврейского населения Великобритании.
 14 тыс. евреев служило в королевской авиации. В воздушных боях над Англией принимали участие более 160 евреев-летчиков и штурманов. Сорок один из них погиб в боях при защите Лондона. Более 1500 евреев служило на флоте. Но раввинат учитывал только тех, кто приходил отправлять религиозные обряды. Эти сведения не включают еврейских беженцев из Германии и Австрии, 6700 человек, из которых около 3 тыс.  служили в парашютно-десантных войсках, в разведке и других отборных специальных соединениях[52]. Следовательно, евреев в армии  было, вероятно, значительно больше.
За мужество и героизм, проявленные в боях, награждены: Крестом Виктории и орденом Британской империи 5 человек, Военным Крестом  – 62 офицера,  411 солдат  – Военной медалью. Крестом за выдающиеся заслуги были награждены подполковники Мейер Медин и Мортон Мендель, летчики Исаак Корман, Давид Гольдберг, Гарольд Рубин, Отто Штейнберг, командир десантного отряда Абба Кандиоти. Среди высших командиров Британской армии было восемь генералов-евреев[53].
Франция. Еврейское население Франции составляло перед войной 240 тыс. человек. С учетом беженцев-евреев из других стран  – около 300 тыс. В армию было мобилизовано около 20 тыс. евреев – граждан Франции [54]. Многие беженцы-евреи вступали добровольцами (около 10 тыс.) в польские и чешские подразделения, формировавшиеся на территории Франции, а также в Иностранный легион. Из этих добровольцев были сформированы 11-й, 12-й, 21-й, 22-й и 23-й пехотные полки, а также  половина 13-го полка Иностранного легиона [55].
Таким образом, общее число евреев, воевавших с нацистами в регулярных частях Франции, по некоторым сведениям колеблется от 35  до 46 тыс. человек[56].
В бригаде «Свободная Франция», входившей в состав войск генерала де Голля, сражалось около 1000 парижских евреев. В июле 1942 г. бригада прикрывя отход 8-й английской армии, понесла тяжелые потери (в живых остались только 46 евреев)[57].
В армии де Голля во многих полках большинство бойцов составляли евреи европейских стран, оккупированных нацистами.
  Среди военачальников,  входивших в движение «Свободная Франция» и служивших в армии де Голля, было шесть евреев: 2 корпусных генерала, один из которых –  Пьер Луис Андре Борис (генеральный инспектор французской артиллерии), 3 – дивизионных генералов и 1- бригадный.
За участие в боевых действиях около 700 евреев награждено различными французскими наградами [58]. Точное количество солдат-евреев французской армии, погибших на фронте и в плену, неизвестно.  Одним из них был Жорж Гутман, родившийся в  Петрограде в 1915 г., гражданин Франции и солдат французской армии, погиб в Шталаге VIII-С (Нордхаузен) в 1945 г.[59].
 Чехословакия. В 1930 г. в республике проживало 350 тыс. евреев. После оккупации Чехословакии  и ликвидации государства в 1938 г. много чешских евреев  покинуло страну. С началом Второй мировой войны 6 тыс. евреев вступили добровольцами в вооруженные силы Польши, Франции, Англии Советского Союза. Чешская бригада, сформированная в Англии, на 30% состояла из евреев[60].
Батальон под командованием Людвига Свободы, созданный в СССР, к моменту вступления его в бой 8 марта 1943 г. в окрестностях Харькова под Соколово насчитывал 979 человек, из которых 600 были евреи. К маю 1943 г. батальон вырос в бригаду;  из 3500 бойцов бригады 1200 были евреями [61].
Югославия. До войны  в стране проживало более 75 тыс. евреев. Около 3 тыс. воевало в составе армейских соединений. В партизанском движении участвовало более 5 тыс. евреев. Все они сражались в армии Тито. Большая часть – в составе 11-й Македонской бригады. Сформировал и командовал ею до 1942 г. Мордехай Нехемия. Затем Нехемия был заместителем командира 7-й бригады и погиб в 1944 г. Посмертно он удостоен звания Народного Героя Югославии. Много евреев сражалось в составе 7-й, 13-й и 25-й бригад[62]. Отдельный еврейский батальон с острова Роб (Западная Югославия) сражался под двумя флагами: югославским и бело-голубым еврейским. В составе 13-й бригады действовало отделение снайперов во главе с бывшим чемпионом Югославии по стрельбе Авраамом Халифом. Большинство снайперов в этом отделении были тоже евреи[63].
Одним из заместителей Тито был Моше Пьядо, служивший офицером в  сербской армии еще в Первую мировую войну и  за мужество награжденный тремя боевыми орденами.  С лета 1941 г. он руководил планированием и организацией боевых действий бригад.  Позднее Пьядо стал первым заместителем Тито, получил звание генерала и был удостоен звания Народного Героя Югославии, а в послевоенные годы стал вице-президентом Югославии[64].
Греция.  Еврейское население страны  перед Второй мировой войной – 76 500 человек.  После нападения Италии на Грецию в октябре 1940 г.  12 898 из них, что составляло около 17% всего еврейского населения,  принимали участие в боях в составе  греческой армии.  Среди них было З43 офицера, включая 3 полковников[65].
 В ходе последующей немецкой оккупации Греции 65 тыс. евреев погибли от рук нацистов в результате депортации в лагеря смерти[66].
 Во время оккупации многие евреи принимали участие в  подпольно движении сопротивления и сражались в партизанских отрядах... 4 сентября 1944 г. группа узников-евреев (135 человек) из Греции во главе с полковником  Иосифом Барухом приняла участие в восстании в одном из крематориев Освенцима [67].
Палестина. В подмандатной Палестине проживало 400 тыс. евреев. Первый набор добровольцев-евреев  в британскую армию был проведен в конце 1939 г.
На территории Палестины находилась 8-я дивизия Британской армии. В нее и принимали первых добровольцев-евреев.  Среди них было много выходцев из Германии, которые знали, что несет нацизм евреям. Уже в 1940 г. около 6500 добровольцев проходили обучение как в самой Палестине, так и в составе английских войск на территории Египта.
 Незначительное число солдат-евреев Британской армии попало в плен в результате боев в Северной Африке. Они содержались в лагерях в Ливии и Италии.
 В  апреле 1941 г. еврейские роты – 602-я, 603-я, 604-я, 605-я, 608-я, каждая 250 – 300 солдат, в составе английских войск были направлены в Грецию[68].
 21 апреля 1941 г. в Коломата, на юге Пелепонеса в Греции, несколько тысяч британских солдат были взяты в плен, среди них 400 евреев и арабов из Палестины[69].
В сообщении офицера разведки 5-й танковой дивизии Вермахта  от 29 апреля 1941 г. говорится, что среди 8 тыс. пленных англосаксов, австралийцев, новозеландцев, греков находятся 1350  палестинцев – евреев и арабов [70].
В мае 1941 г. еще 120  солдат-евреев  Британской армии оказались в немецком плену. По немецким данным, в лагере Коринф содержалось 1907 военнопленных евреев и арабов из Палестины[71].
Всего за  годы войны в немецком плену оказалось  около 1500 евреев из Палестины, сражавшихся в составе Британской армии. Большинство из них попали в плен на Крите весной 1941 г., откуда они были переправлены в рабочие лагеря для военнопленных в Германии[72]. 
Военнопленные из Палестины вызывали особый интерес немцев. Во время допросов они спрашивали  о месте рождения и времени проживания  в Палестине. Множество вопросов задавалось об условиях жизни  в Палестине и особенностях еврейской колонизации, экономике и взаимоотношениях между англичанами, евреями и арабами [73].
Интерес немцев был не случаен – они активно разыгрывали  «арабскую карту», видя в арабах союзников в своей борьбе против англичан.
Положение этих военнопленных  соответствовало Женевской конвенции, в чем смогли убедиться журналисты нейтральных стран, посетившие лагерь  в Коринфе 18 мая 1941 г.
Они беседовали с военнопленными, а потом  опубликовали свои  впечатления в печати. Журналистов сопровождал  немецкий офицер оберстлейтенант Ханштейн. В своем донесении в штаб 30-й армии он пишет: «Администрация лагеря удовлетворена ответами военнопленных»[74].
В конце июня 1941 г. все военнопленные-евреи были отправлены в Салоники, а затем поездом, по 50 человек в вагоне,  в Германию. 3 июля 1941 г.  на границе Австрии и Югославии евреи из Палестины были разделены на две группы и отправлены в  лагеря  Марбург и Вольсберг. Там их поместили в отдельный корпус, однако, в конце концов, обе группы евреев были переведены в Ламсдорф. В лагере находилось 1600 евреев из Палестины, 12 тыс. англичан, 7 тыс.  военнопленных  из Бельгии, Франции, Польши, Югославии. В лагере Ламсдорф  евреи находились в равном положении с другими военнопленными и  даже занялись изучением иврита[75].
 В Шталаге №25 и Шталаге №383 еврейские спортсмены  принимали участие в лагерных олимпиадах отдельной командой и даже  добились права поднимать национальный бело-голубой флаг с маген-давидом. И такой флаг в немецком лагере поднимался несколько раз, чествуя победителей: Кауфмана (бокс), Сапира (прыжки в высоту), Штиля (метание диска).
25 апреля 1944 г. в лагерях проводился очередной спортивный праздник военнопленных всех национальностей. Каждая команда шла под звуки своего национального марша. Еврейские спортсмены    пели на иврите «Ротную песню»[76].
К началу 1942 г. в британской армии служило около 11 тыс. евреев Палестины. В конце 1942 г. из евреев  Палестины были созданы новые подразделения – 15 рот, которые в 1942–1943 гг. вошли в состав трех пехотных и двух саперных батальонов, двух батальонов связи и транспорта, формировавшихся новых полков. Так называемый Палестинский пехотный полк в июле 1943 г. был переправлен  из Хайфы в Ливию, где солдаты несли охранную и патрульную службы[77].
Бойцы еврейских подразделений  неоднократно требовали разрешения пользоваться ивритом при подаче команд, иметь свое боевое национальное знамя и принимать непосредственное участие в боевых действиях, однако английское военное командование всячески препятствовало этому.  В конце концов, усилия еврейских лидеров Палестины нашли поддержку у  премьер-министра Англии Уинстона Черчилля. Он понял  особенность трагедии еврейского народа в годы войны и в июле 1944 г. поддержал идею создания отдельного еврейского воинского соединения в составе Британской армии.
Позже, выступая в Палате общин 29 сентября 1944 г., Черчилль заявил: «Я знаю, что множество евреев служит в нашей армии на всех фронтах, но мне представляется правильным, чтобы особое еврейское формирование, состоящее из представителей народа, который перенес нечеловеческие страдания от нацистов, существовало как самостоятельная единица в составе сил, объединенных для окончательного разгрома Германии. Я не сомневаюсь, что евреи примут участие не только в борьбе, но и в последующем вступлении союзных войск в Германию»[78].
 В сентябре-октябре 1944 г. еврейская бригада была создана. Первоначально она насчитывала 3400 человек, к февралю 1945 г. ее численность достигла 5 тыс. В состав бригады вошли полки, сформированные в Палестине, которым придали артиллерийские, инженерные, медицинские и другие вспомогательные части добровольцев-евреев.. У бригады было свое знамя – белое полотнище с двумя голубыми полосами с золотой шестиконечной звездой в центре.
 Бригада участвовала в боях в Европе. За храбрость и героизм, проявленные на поле боя, более 100 воинов  были награждены боевыми наградами[79].
США. Перед  Второй мировой войной еврейское население составляло около 5 млн. человек. В Вооруженных силах США насчитывалось более 550 тыс. евреев. Только в открытии Второго фронта в Европе участвовали более 120 тыс. евреев – солдат, офицеров, генералов.
Настроения евреев США выразил в письме своей матери капрал Гарольд Кац, тяжело раненный в боях и награжденный за отвагу «Серебрянной звездой». В письме, которое нашли в его кармане, он писал: «Я – еврей, и было бы непорядочно, если бы другие рисковали жизнью, а я отсиживался в тылу…»[80]
Об активном участии евреев в  Вооруженных силах США свидетельствует таблица:

Данные по мобилизации в четырех крупнейших городах США, %

Город Мобилизованные всего Евреи
Нью-Йорк 11 11,4
Лос-Анжелос 11,6 14,6
Бостон 9,3 11,2
Чикаго 10,6
Даллас 9,3 11,2
Распределение солдат-евреев по родам войск в американской армии во время войны:
Сухопутные войска – 81%
Военно-морские силы – 16%
Десантные войска – 2%
Береговая охрана – 1%.
Сухопутные войска:
авиачасти сухопутных войск –23%
полевые  войска –21%
вспомогательные войска  и войсковые службы – 36%
Из общего числа военнослужащих полевых войск 11% служили в бронетанковых частях; 25%  в артиллерии [81].
Около 26 евреев в годы войны занимали высшие командные посты в американской армии. В том числе 6 – генерал-майоров; 12 – бригадных генералов; 4 – адмирала; 3 – контр-адмирала; 1 –коммодор (капитан 1-го ранга)[82].  М. Штейнберг в своей работе называет одного адмирала и двух контр-адмиралов[83].
По данным 1947 г., 61 448 воинов-евреев США были награждены американскими знаками отличия и воинской доблести[84]. По другим сведениям, число награжденных евреев составляет 61 567 человек[85].
Высшей награды США – «Медали конгресса» были удостоены трое: пехотинец лейтенант Раймонд Лусман, пилот капитан Бенджамен Франкел и командир 3-й танковой дивизии генерал-майор Морис Роуз[86].
19-летний сержант Авраам Тадерос заслужил в годы войны 30 знаков отличия.  Его бомбардировщик потопил японские авианосец и крейсер. В одном из боев Тадерос  был сбит, попал в плен,  но ему удалось бежать. Затем храбрый летчик принимал участие в боях на Западе, вновь попал в плен, на этот раз к немцам, и вновь бежал. Он демобилизовался в  23 года  и известен как один из национальных героев США[87].
Президент Рузвельт в своем обращении к председателю американского Союза евреев-ветеранов войны писал: «Отвага и героизм нынешнего поколения евреев украшают славное боевое прошлое евреев Америки. Я убежден, что потомки Авраама твердо верят в конечную победу добра над злом и станут свидетелями торжества нашей справедливой победы»[88]..
Разные источники приводят различные, но близкие по численности сведения о потерях американских евреев за годы войны.  Так,  по приблизительным данным на 1947 г., число погибших и умерших при прохождении военной службы  составило около 11 тыс.,  около 40 тыс. получили ранения и пропали без вести[89]..
Всего около 51 тыс. военнослужащих, что составляет около 9% от общего числа евреев,  служивших в армии США.
Авторы «Антологии еврейского сопротивления» конкретизируют эти цифры. По их сведениям, 8 тыс. американских солдат-евреев  погибли во время боевых действий, 2,5 тысячи  умерли в ходе прохождения службы от различных заболеваний, более 18 тыс. были ранены в боях. Общие потери американских солдат-евреев составили 35 тыс. убитыми, ранеными и взятыми в плен[90].  И по материалам М. Штейнберга  число умерших и погибших американских воинов-евреев составляет 11350 солдат и офицеров, а более 27 тыс. были ранены или попали в плен[91].
 Как мы видим, по числу погибших расхождение составляет всего несколько сотен человек, однако  число раненых и пропавших без вести колеблется в пределах от 5 до 13 тыс. человек. Согласно выше приведенным данным, в плену оказалось около 6,5 тыс. американских солдат-евреев...
Необходимо отметить, что в  армиях западных стран наравне с солдатами против нацистской Германии, сражались и военные раввины.  В армии Польши известно имя польского военного раввина Мейсиса, в датской армии прославился раввин Перейра, во французских войсках – Яков Каплан. В американской армии ко времени вступления Америки в войну было 24 раввина, в конце войны  в американской армии  исполняли свой военный и религиозный долг – 311 военных раввинов[92]. Из них 8  пали на поле боя[93]...

Евреи Западных стран в нацистском плену

О судьбе польских евреев-военнопленных говорилось выше. Однако в плен попадали и солдаты-евреи, служившие  в армиях  и других западноевропейских стран, а также Америки и Канады.
Вначале немцы не знали, как относиться к евреям в форме солдат Британской армии. Однако английское правительство предупредило Германию, что если к солдатам-евреям Британской армии будут предприняты какие-либо дискриминационные и репрессивные меры в отличие от других британских военнопленных, то английское правительство предпримет такие же меры к немецким солдатам, находящимся в английском плену. После такого предупреждения Германия не решилась не только на уничтожение британских военнопленных-евреев, но даже на какую бы то ни было их дискриминацию.
О том, насколько  было взаимосвязано отношение к немецким и английским  военнопленным со стороны противоборствующих сторон, свидетельствует следующий факт. Летом 1942 г. немецкие военнопленные, захваченные англичанами в Северной Африке, содержались в Латруне, неподалеку от Иерусалима. Они были недовольны своим положением. Это дошло до немецкого руководства, и поэтому 82 британских солдата-еврея были переведены в лагерь Хелм неподалеку от Люблина  в Польше. В конце мая 1943 г., когда положение немецких военнопленных в Латрунском лагере улучшилось, британских военнопленных-евреев перевели в Нюрнберг, где отношение к ним также значительно изменилось в лучшую сторону[94].
Зимой 1942/43 г. несколько сотен военнопленных-евреев Британской армии из лагеря Ламсдорф были направлены в специальные рабочие лагеря Глейвиц и Блейкхамер. Летом 1944 г. сотни военнопленных-евреев были переведены из шталага в рамках подготовки обмена между германскими и западными военнопленными. Однако обмен не состоялся, и военнопленных-евреев перевезли в Германию из-за продвижения Красной Армии в Польше. В это время британские   военнопленные-евреи  были разбросаны по всем лагерям Германии, как и большинство пленных.
За годы заключения  из лагерей совершили побег  100 военнопленных-евреев из Палестины. Некоторые из них были убиты при попытке к бегству. Большинство беглецов присоединилось к партизанам в Греции и Югославии, часть добралась до Палестины, четверо – до Швейцарии.
Необходимо отметить, что военнопленные-евреи, солдаты Британской армии,  получали помощь и сочувствие со стороны своих товарищей по оружию и плену  – британских солдат.
Известно о 33 случаях гибели в плену военнопленных-евреев солдат Британской армии,  12 из них погибли при побеге [95].  Трое офицеров-евреев Британской армии были казнены. Они принимали участие в особой разведывательной операции на территории Франции под руководством Питера Черчилля. Капитан А. Рабинович (псевдоним «Арнауд») – еврей русского происхождения, был в марте 1944 г. арестован гестапо и расстрелян[96]. Капитан Исидор Нейман (псевдоним «Жюльен»), работал на Юго-Востоке Франции. Был схвачен и отправлен в Маутхаузен. Известно,  что он был расстрелян в числе 47 британских офицеров[97]. Капитан Морис Перчук (Мартин Перкинс – псевдоним «Ейжен») был руководителем разведгруппы во Франции. В 1942 г. был арестован гестапо и три года провел в Бухенвальде. 29 марта 1945 г., за несколько дней до освобождения лагеря, повешен в крематории Бухенвальда[98]. Двое умерли  в мае-июле 1945 г. после освобождения.
О гибели в плену евреев – солдат американской армии известно мало. Имеющиеся сведения неполные и отрывочные. Например, среди американских солдат, убитых 17 декабря 1944 г.  в Малмеди, были и евреи: капрал Макс Швицгольд [99], солдат Джордж Розенфельд[100]. Однако это не было связано с их еврейским происхождением, было совершено массовое убийство американских пленных,  никакой селекции не проводилось,
27 декабря 1944 г. был подбит транспортный самолет С-47, пилотируемый лейтенантом Лестером Эпштейном.  Он выбросился на парашюте в районе бельгийско-германской границы. Был схвачен и тотчас убит[101]. Маловероятно, что и это убийство связано с еврейским происхождением летчика.
 Бывшие военнопленные, как евреи так и неевреи – военнослужащие Англии, США и Франции говорят о том, что   отношение нацистов к пленным-евреям – военнослужащим Англии, США и Франции было терпимым и не отличалось от отношения к солдатам других национальностей указанных стран. Военнопленным-евреям было даже разрешено, как и представителям других религий, отправлять религиозные службы, которые евреями порой «совершались для того, чтобы «вывести из себя наци»[102].
Дискриминация солдат-евреев чаще зависела от лагерной администрации. Так в лагере Шталаг-люфт-III комендант лагеря  отстранил повара от его обязанностей, узнав, что он – еврей. В другом лагере, Шталаг II-В, администрация лагеря отказалась вступать в переговоры с представителем военнопленных рядовым Гарри Голлером-евреем, избранным всем лагерем для переговоров с комендатурой (хотя за год до этого вела с ним переговоры)[103].
Интересный случай о встрече с американскими военнопленными-евреями рассказал автору советский военнопленный-еврей Д. С. Комиссаренко:
«Летом 1944 г. перебросили нас в шталаг в Саксонии. В лагере 4 зоны: итальянцы, поляки, американцы, русские. У американцев положение замечательное. Играют в футбол, много еды, курева, немцы просят у них сигареты. Мне удалось забраться в их зону. Пробрался в барак, стою в коридоре. Подходит один американец и вдруг обращается ко мне на идиш: “Ду бист а ид?” – “Ты еврей?”  Я хотел бежать. А они человек пять меня окружили: “Мы все евреи”. Начали говорить на идиш. Я спрашиваю: “Как вы выжили и не скрываете, что вы евреи?” А они мне объясняют, что Рузвельт якобы сказал, что если убьют американских солдат-евреев, то  подобное произойдет и с немецкими пленными, а кроме этого, американцы зальют кровью всю Германию. Потом они пришли ко мне в барак, принесли еду. Они даже дали свои адреса, сказали, что найдут после войны. Одну фамилию помню до сих пор: Эл Розе – американец из Чикаго»[104].
 Для всех евреев – солдат союзнических армий, оказавшихся в нацистском плену, реальной опасностью был перевод из лагеря для военнопленных в концентрационный лагерь, что лишало их статуса военнопленных и, соответственно, помощи и защиты со стороны Международного Красного Креста.  О том, что такая опасность была реальной, свидетельствует тот факт, что после разрушительной бомбардировки Дрездена в феврале 1945 г. нацисты начали в Шталаге-люфт I отделение евреев в особую группу[105].
Чтобы скрыть свою национальную принадлежность, многие военнопленные-евреи уничтожили свои регистрационные номера, однако у нацистов был свой способ определения еврейства – проверка наличия  или отсутствия крайней плоти. Однако в отношении американских военнопленных этот способ оказался неэффективным, так как уже с 1870 г.  операция обрезания крайней плоти была широко распространена в Америке не только среди евреев[106]. Руководство лагеря включило в списки для депортации  предполагаемых евреев. Но это привело к тому, что в списки попали все обладатели фамилий «Келли» и «О’Брайэн», а несколько настоящих евреев  оказались вне списка. В другом случае, в Шталаге VII-A  евреи содержались отдельно, но жестокому обращению не подвергались[107].
То же самое происходило  в Шталаге IХ-B.  Однако здесь группу американских военнопленных-евреев направили на работу в шахты. В этой группе находился Говард Гольдберг. Вначале он вместе со всеми работал в шахте, а затем был отправлен в концлагерь Берген-Бельзен, в котором  и умер 25 марта 1945 году [108].
Даниэлю Штеккеру также известен случай, когда судьба американских солдат-евреев оказалась непохожей на судьбу американских товарищей по оружию. Так, во время Арденнского наступления немцами были взяты в плен десятки тысяч американских солдат, и среди них немало евреев. В одном из лагерей комендант выстроил на плацу 4 тыс. военнопленных американцев и приказал евреям выйти из строя. «По рядам пронесся ропот, но никто не пошевелился. Неевреи прошептали своим товарищам по несчастью – евреям, что они встанут рядом. Тогда комендант заявил, что до шести часов утра следующего дня у заключенных есть время выяснить свою расовую принадлежность. Кроме того, было заявлено, что любой еврей, обнаруженный в бараках через сутки, будет убит на месте, равно как и тот, кто попытается спрятать еврея или защитить. Американский военнопленный, выполнявший обязанности представителя Международного Красного Креста, заявил протест, который немцы проигнорировали. Неевреи убеждали своих товарищей молчать. Открывшие свое еврейское происхождение были размещены в специальных бараках. Назвавшихся было человек сто пятьдесят-двести, однако немцам требовалось триста пятьдесят человек, а поэтому они дополнили эту группу “проблемными”, на их взгляд, узниками, а также теми, кто был похож на еврея. После этого всю группу пять суток везли в теплушках без еды и санитарных условий в лагерь Берга, неподалеку от границы с Чехословакией. По прибытии в Бергу всех евреев поместили в тесные темные бараки. Ни одеял, ни теплой одежды, чтобы укрыться от зимней стужи! Только миска горячей баланды раз в день да кусок хлеба. К этому добавилась изнурительная работа на строительстве подземной фабрики синтетической резины, сопровождавшаяся непрестанными побоями охранников»[109].
Необходимо отметить, что во всех указанных выше случаях  американские военнопленные держались исключительно дружно и среди них не нашлось ни одного предателя, хотя до этого словесные оскорбления в адрес евреев имели место со стороны их товарищей по оружию. И это несмотря на то, что антисемитские проявления в американской армии – явление достаточно частое. Их ярко описал  Ирвин Шоу в романе «Молодые львы», повествующем о судьбе еврея Ноя Аккермана. Герой неоднократно подвергается оскорблениям, его товарищи по роте ненавидят его только за то, что он еврей. Его обзывают жидом, заявляют: «Это ваша нация втянула нас в войну...». В его присутствии американские солдаты  неоднократно говорили: «Пусть Гитлер и не прав во всем остальном; но нужно отдать ему должное, он знает, как надо расправляться с евреями...»[110]
  На отношение военнопленных-французов к своим товарищам по несчастью – евреям, обратил внимание советский пленный Б.Н.Соколов, работавший летом 1944 г. вместе  с французами на шахте близ г. Штатгаген...   Комендант лагеря выявил среди  французских  пленных  двух евреев:  «Он вывел их на двор шахты и устроил то, что немцы обычно делали с евреями. Заставлял их подолгу бегать по кругу и проделывать упражнения “ложись – вставай”, выбирая для этого на дворе самые грязные места. Но когда дневная смена  кончилась и французы поднялись “ на гора”, произошло невероятное – французы взбунтовались. Они, как были черные и мокрые, вместо бани побежали на двор и с громкими криками окружили коменданта. Они кричали, что это их товарищи и они такие же французские солдаты, как и они. Что они не позволят так с ними поступать и бросят работу. Хотя это был явный бунт, но комендант отступил. С одной стороны, на закате 1944 г. немцы были  уже не те, что раньше, а с другой, несомненно, повлияла французская стойкость и сплоченность. Русские не только за еврея, но и за своего соотечественника не вступились бы никогда»[111].
Это именно то, что коренным образом отличало положение советских военнопленных-евреев от их соплеменников в союзных армиях.
Евреи, солдаты других европейских армий, кроме солдат-евреев польской армии, тоже не подвергались особой дискриминации. Примером может служить судьба югославского солдата-еврея Михала Мерона.
Мерон попал в плен 16 апреля 1941 г. В личной карточке военнопленного было записано, что он еврей. В июне 1941 г.  вместе с другими военнопленными прибыл в Шталаг XI-B (Фалингбостель). В течение шести месяцев был переводчиком в лагерном госпитале. Мерон вспоминает, что  только в декабре 1941 г. всех евреев отправили в штрафной барак, где он пробыл семь месяцев. В штрафном бараке находились военнопленные, которые пытались бежать из лагеря, но были пойманы. Штрафной барак был огорожен двойным забором из колючей проволоки и охранялся собаками. В каждой комнате (5х6м) стояли трехъярусные деревянные нары без матрасов, только доски с одним одеялом. В комнате жило 36 человек. «Нас было 12 евреев, остальные французы. Общество было замечательное. У нас было все. Французы через охранников получали хлеб и даже сигареты из магазина для лагерной охраны. Нашим счастьем было то, что у нас была связь с общим лагерем и нас защищала Женевская Конвенция, потому что мы были югославские военнопленные. Каждый день мы должны были следить за чистотой лагеря и чистить туалеты, приходилось работать и за пределами лагеря. После семи месяцев пребывания в штрафном бараке нас послали в рабочую команду на рубку леса. Работали полгода до начала зимы. Работа была тяжелая, но на свежем воздухе»[112]. Позже Мерон заболел, попал в госпиталь, и там хирург и главврач из  Белграда помогли ему вновь стать переводчиком ревира, где он пробыл до самого освобождения в 1945 г.[113]
Почти все военнопленные-евреи, солдаты западных стран, включая евреев из Палестины, кроме Польши, за исключением нескольких десятков человек, дождались освобождения. Причины столь счастливого спасения объясняются твердой политикой  США и Британии, неоднократно напоминавших о возможности принятия ответных мер в отношении немецких пленных, и тем, что нацистское руководство Германии опасалось мести в случае уничтожения военнопленных-евреев – солдат стран антигитлеровской коалиции, за исключением СССР. О причинах этого и особой трагической судьбе евреев-солдат Красной Армии рассказывает следующая часть книги.
[1] B. Meirtchak. Jewish Military Casualties in September 1939 Campaign. Jewish military Casualties in the Polish Armed Forces in Exile. Volume 2. Tel-Aviv, 1995, p. 127–128.
[2] Б... Меирчак... Первые, 1939. Слово инвалида войны № 13–14,Иерусалим, 1995, с... 78.
[3] B. Meirtchak. Jewish Military Casualties in September…, p. 127–128.
[4] S. Krakovski. The Fate Jewish Prisoners of War in the September 1939 Campaign. Yad Vashem  Studies XII. Jerusalem, 1977, p. 299.
[5] B. Meirtchak. Jewish Prisoners of War murdered by Germans in the Lublin district 1939–1943. VIII, Tel-Aviv, 1996, p. 3.
[6] S. Krakovski. The Fate Jewish Prisoners of War… p. 305–306.
[7] С. Штраусс-Марко. На краю пропасти… Кн. 1, с. 93.
[8] S. Krakovski. The Fate Jewish Prisoners of War… p. 306–307.
[9] С. Штраусс-Марко. На краю пропасти… с. 93.
[10] S. Krakovski. The Fate Jewish Prisoners of War… р. 306–308.
[11] С. Штраусс-Марко.  На краю пропасти… с. 93.
[12] S. Krakovski. The Fate Jewish Prisoners of War… р. 307–308.
[13] Там же, с. 309–310.
[14] Там же, с. 89.
[15] Там же, 313.
[16] С. Штраусс-Марко. На краю пропасти…  с... 93.
[17] Яд ва-Шем. Зал Имен. Лист свидетельских показаний  № 91735.
[18] Там же. Лист свидетельских показаний  № 91733.
[19] B. Meirtchak.. Jewish Prisoners of War… p. 4.
[20] Там же, p. 3.
[21] Там же.

[22] Encyclopedia of the Holocaust. Tel Aviv, 1990, Vol. 5, p. 1181.

[23] B. Meirtchak...  Jewish Prisoners of War… р... 5.
[24] Там же.
[25] Г. Вальчак. Гибель в плену. Слово инвалида войны № 10, Иерусалим, 1994, с. 55.
[26] B. Meirtchak... Jewish Military Casualties in September  1939, р.128.
[27]  B. Meirtchak... Jewish Prisoners of War... p.5.
[28] Там же.
[29] Г. Вальчак. Гибель в плену…  с... 55.
[30] B. Meirtchak. Jewish Prisoners of War… p.5
[31] Там же.
[32] Нюрнбергский процесс… т. 3, М., 1958, с. 35.
[33] Там же, с. 6.
[34] Там же.
[35] Г. Вальчак. Гибель в плену…  с... 55.
[36] B. Meirtchak.. Jewish Prisoners of War… p. 4.
[37] E. Kozlowski.. Agresja na Polske. Wojskowy Przeglad Historyczny, № 3-4, 1991, s. 35.
[38] B. Meirtchak.. Jewish Prisoners of War … p. 4.
[39] B. Meirtchak. Jewish Military Casualties in September 1939. p. 127–128.
[40] S. Krakowski.. Yad Vashem Studies XII, Jerusalem, 1977, p. 236.
[41] B. Meirtchak. Jewish Prisoners of War…   p. 7.
[42] Там же, с.. 5.
[43] B. Meirtchak... Jewish Military Casualties in the Polish Armies in World War II. Jewish Officers, Prisoners-of-War Murdered in Katyn Crime., Volume 4. Tel Aviv, 1997, s, 1, 4, 11, 27, 42, 44.
[44] Слово инвалида войны № 5, Иерусалим, 1992. с... 69.
[45] B. Meirtchak... Jewish Military Casualties in September 1939…  p. 132.
[46] Там же, 135.
[47] М. Штейнберг. Евреи в войнах тысячелетий. США.1995, с. 203.
[48] Ф. Д. Свердлов. А. Я. Вайнер. Воины-евреи на фронтах Великой  Отечественной. М., 1999, с...189.
[49] B. Meirtchak. Jewish Military Casualties in September 1939…  р. 129.
[50] Ш. Спектор. Беседа с автором 12 июля 1999 г.
[51] Ш. Спектор, Ш. Краковский. Евреи в боях с нацистской Германией во Второй мировой войне. Иерусалим, 1995, с. 21.
[52] Воины-евреи во Второй мировой и 50 лет спустя. Тель-Авив, 1995, с. 19–20.
[53] М. Штейнберг. Евреи в войнах тысячелетий…  с. 192–193
[54] Ш. Спектор, Ш. Краковский. Евреи в боях с нацистской Германией…  с. 20.
[55] Там же.
[56] Воины-евреи во Второй мировой и 50 лет спустя… с.15. М. Штейнберг. Евреи в войнах тысячелетий… с. 199.
[57] Там же.
[58] Ш. Спектор. Ш. Краковский. Евреи в боях с нацистской Германией... с. 20.
[59] Яд ва-Шем. Зал Имен. Лист свидетельских показаний  № 128507.
[60] Ш.Спектор, Ш. Краковский. Евреи в боях с нацистской Германией... с. 22.
[61] Воины-евреи во Второй мировой и 50 лет спустя… с. 38.
[62] М. Штейнберг. Евреи в войнах тысячелетий… с. 209–210.
[63] Там же, с. 210.
[64] Там же.
[65] Воины-евреи во Второй мировой и 50 лет спустя… с. 39–40.
[66] Краткая еврейская энциклопедия. Т. 2. Иерусалим,  1982 г., с. 219.
[67] Воины-евреи во Второй мировой и 50 лет спустя…  с. 39–40.
[68] Ш. Курляндчик. В плену.  – Калейдоскоп  27.10.2001 (Израиль)
[69]  Encyclopedia of the Holocaust, Tel Aviv, 1990  p. 1181–1182.
[70] Yoav Gelber... Palestinian POW in German Captivity. Yad Vashem Studies. Vol. XIV. Jerusalem, 1981, p. 95.
[71] Там же, с. 98.
[72] Encyclopedia of the Holocaust…  p. 1181–1182.
[73]  Yoav Gelber. Palestinian POW in German Captivity…  p. 99.
[74] Там же...
[75] Encyclopedia of the Holocaust… p. 1181–1182.
[76] Ш. Курляндчик. В плену…
[77] М. Штейнберг, Евреи в войнах тысячелетий… с. 196.
[78] Там же.
[79] Слово инвалида войны. № 5, Иерусалим,  1992. с. 34–35.
[80] Б. Меирчак. Евреи США в войне 1939–1945 гг. Слово инвалида войны № 6,  Иерусалим. 1992, с. 35–36.
[81] Там же, с. 35.
[82] Там же.
[83] М. Штейнберг... Евреи в войнах тысячелетий…  с. 189.
[84] Б. Меирчак. Евреи США в войне … с. 35–36.
[85] М. Штейнберг. Евреи в войнах тысячелетий…  с. 189.
[86] Там же.
[87] Б. Меирчак. Евреи США в войне … с. 36.
[88] Там же...
[89] Там же...
[90]Anthology on armed Jewish Resistence 1939–1945. P.. 38–39.
[91] М. Штейнберг. Евреи в войнах тысячелетий… с. 189.
[92] Там же, с. 203–204.
[93] Б. Меирчак. Евреи США в войне… с. .35–36.
[94] Там же.
[95] Неnry Morris.We Will Rememberi them. A Record of  the Jews Who Died in the Armed Forces of the Crown 1939–1945. Brasseys (UK) 1989, р. 17, 238–262.
[96] Там же, с. 24.
[97] Там же, с. 25.
[98] Там же.
[99] Яд ва-Шем. Зал Имен. Листы свидетельских показаний № 168491, 234851.
[100] Там же. Лист свидетельских показаний № 234854.
[101] Departament of the Air Force. Air Force Historical Research Agency/ Maxwell Air Force Base. Alabama.. 17.Sep...1993;  Яд ва-Шем. Зал Имен.  Лист свидетельских показаний  № 169430.
[102] Б. Митчел. Американские жертвы Катастрофы. «Алеф» № 22. 1991, с. 41. (Израиль).
[103] Там же.
[104] Д. С. Комиссаренко. Беседа с автором 5.11.1997 г. Документально автору не удалось подтвердить заявление Рузвельта об ответной реакции на репрессии  или тем более уничтожение немцами американских евреев-военнопленных.
[105] Б. Митчел. Американские жертвы Катастрофы…  с. 41
[106] Ежегодно более 1,2 млн. христианских младенцев США подвергаются обрезанию. В меньших размерах, но подобные операции популярны и в Англии, особенно в среде аристократов. (Право человека на крайнюю плоть. – «7дней». Приложение к газете «Новости недели» от 23.09.1999. Израиль).
[107] Б. Митчел. Американские жертвы Катастрофы…  с. 41.
[108] Яд ва-Шем. Зал Имен. Лист свидетельских показаний  № 87529.
[109] Б. Митчел. Американские жертвы Катастрофы…  с. 42–43.
[110]  Ирвин Шоу. Молодые львы. М., 1966, с. 11, 282–287.
[111] Б. Н. Соколов. В плену. СПБ., 2000, с. 159.
[112] Michael Meron alias Wladimir Mautne.. Wir müssen es alleine schaffen. Aus Zagreb durch deutsche Kriegsgefangenschaft und Jugoslawien nach Israel 1915–1997. Konstanz, 1997. S. 31–32.
[113] Там же, с. 33–35.